Официальный сайт РАГС             |            Кафедра политологии и политического управления             |            На главную страницу   

"РОДНАЯ ГАЗЕТА" № 34, 19 декабря 2003 г., полоса 4

Либерал Касьянов не выглядит разочарованным

Почему — Кремль, надо полагать, догадывается

 

Поначалу итоги голосования шокировали. До неприличия высокий показатель «Единой России» — торжество управляемой демократии. Низкий результат КПРФ возбуждал вопрос: кто теперь защитит обездоленных? Реванш маргинально-истеричной ЛДПР в очередной раз посрамил политических аналитиков. Блицкриг «Родины» — предвестник национал-социализма. И, наконец, разгром демократического «Яблока» и либерального СПС дал повод говорить о конце демократии и рынка в России. Ну прямо Армагеддон. Государственный переворот.

Давайте успокоимся. Государственного переворота не произошло. Просто завершился либерально-номенклатурный реванш, начало которого было зафиксировано еще итогами прошлых выборов. Уже тогда партии в Думе оказались в меньшинстве. Победила номенклатура, сформировавшая четыре фракции («Единство», «Отечество — Вся Россия», «Народный депутат» и «Регионы России») общей численностью 235 человек. А результаты президентских выборов 2000-го убедили окончательно: общество вручило власти мандат на установление порядка с опорой на административный ресурс.

Ясно, что «Единая Россия» все то же номенклатурное объединение, ставшее партией только де-юре. А «Родина» в этом смысле не в счет: мало кто знает даже названия тридцати вошедших в нее партий, и голосовали не за них, а за Глазьева и Рогозина. Но даже если приплюсовать сторонников «Родины» к тем, кто отдал голос за КПРФ и ЛДПР, то получится чуть больше трети. Негусто. В условиях, когда партии дискредитировали себя неспособностью отстаивать интересы своих избирателей, когда демократия стала ассоциироваться с хаосом, завершение номенклатурного реванша стало неизбежным.

Выборы 1999 года зафиксировали начало и другой тенденции. Тогда парадоксальным образом общество, не оправившееся еще после дефолта 1998-го, привело в Думу крайне правый СПС, набравший 8,5% голосов, занявший третье место после КПРФ. С учетом «Яблока» правые получили 52 мандата. Это был явный признак того, что либеральная идея опять жива. Можно было говорить о начале реванша либерального.

Прошедшие выборы стали завершающим актом этого двойного реванша. На фоне скудного политического дизайна, отсутствия реального предложения на политическом рынке взоры большинства избирателей обратились к чиновнику. Номенклатура вновь стала ведущим политическим игроком. Вот только процесс либерализации, казалось бы, повернул вспять. Не только СПС не удалось повторить успех прошлых выборов, но и «Яблоко» осталось за бортом. Почему же либерал Касьянов не выглядит разочарованным?

Вспомним, за что голосовали «центристы» в Думе прошлого созыва. Приватизация, рыночная реформа ЖКХ, плоская шкала налогов… Во всем мире партия такой политики считалась бы правой, крайне правой. Центристы же во всем мире — это те, кто между правыми и левыми. Центристы (это партии экологов, автомобилистов, любителей пива в конце концов). Именно поэтому нигде в мире они не рулят парламентами.

Нет в нашей Думе центристов. Не было в прежнем ее составе, нет и теперь. Просто так договорились, что в центре — власть и партия при власти центристы, за что бы она ни голосовала. Так что с либералами в Думе все в порядке, Касьянов не зря доволен.

Путин и примкнувшие к нему «медведи» четко реализовали свое преимущество в идеологическом пространстве, убедительно и последовательно демонстрируя патриотизм и либерализм. СПС позиционировал как партия крупного бизнеса, для которой идеи демократии, традиционно эксплуатируемые «Яблоком», отошли на второй план. В этой роли он не мог предложить ничего, что не решала бы партия власти.

Провал демократического «Яблока» показал, в общем-то, тоже очевидное: идеи демократии сами по себе не могут надолго оставаться в центре общественного внимания. Демократия лишь механизм реализации интересов, а не сам интерес. В этом смысле «Яблоко» — единственная авторитетная партия, которую можно считать центристской. Оттого и тянет порой Явлинского в социал-демократическую нишу. Потому и раздражает он правых, блокируясь периодически с КПРФ. И как всякая центристская партия, «Яблоко» может рассчитывать на весьма ограниченную электоральную поддержку.

Со своей стороны, руководство КПРФ увлеклось эксплуатацией патриотических настроений в ущерб собственно коммунистической идее, сочло ее то ли непопулярной для избирателей, то ли неудобной для власти. Но в нишу патриотизма решительно вторгся государственник Путин, выбив КПРФ из этих окопов. Коммунистам явно не хватало свободы маневра: в непатриотизме Путина обвинить трудно.

Итак, либерально-номенклатурный реванш завершен, кризис партийной системы продолжается. Что дальше? С уверенностью можно сказать лишь одно: в отсутствие дееспособной, признанной гражданами партийной системы страной будет управлять номенклатура. Значит, многое будет зависеть от воли узкой группы лиц. И в первую очередь от человека, который победит на предстоящих президентских выборах.

В случае победы Путина (что, конечно, наиболее вероятно) эта зависимость будет максимальной. Потому что для Путина второй срок, если не покушаться на Конституцию, последний, и на электоральные предпочтения 2008-го он может не ориентироваться. Если же удастся изменить ее в сторону увеличения срока президентских полномочий, а то и сделать его пожизненным, то на избирателей долго можно будет не обращать внимания вообще.

Госдума в предстоящие четыре года вслед за СФ становится машиной для голосования. Это случится при любом президенте: после недолгой притирки «единороссы» сольются с новым главой государства под любыми идеологическими знаменами, как это случилось с мятежным некогда ОВР. Чиновники могут бороться между собой только в период борьбы за власть. У номенклатурного объединения, у партии власти по определению может быть только одна непреходящая идеология: власть. Что касается опасений по поводу торжества национал-социализма, то они напрасны. Обвинять «Родину» можно только в пылу предвыборной борьбы: ее лидеры скорее патриоты-государственники, и в этом качестве их поддержали избиратели и Кремль.

Национал-социализм не прошел, поскольку и не пытался. Государственный переворот не состоялся. Просто расчищено место для формирования реальной партийной системы.